В мире: Почему Лукашенко верит в победу над Евросоюзом

17 ноября 02:33Взгляд

Лукашенко, казалось бы, добился, чего хотел – канцлер Германии почти целый час обсуждала с ним миграционный кризис на польско-белорусской границе. Значит ли это, что Евросоюз наконец признал его как полноценного белорусского лидера? Действительно ли Лукашенко смог внести раскол между европейскими странами? И насколько реальны его угрозы перекрыть Европе российский газ?

15 ноября Евросоюз провел саммит, посвященной кризису на белорусско-польской границе. Министрам иностранных дел стран-членов надо было понять, что делать с собравшимися там беженцами, и как ответить Александру Лукашенко за то, что он (по мнению Европы) этих беженцев там собрал.

Наказание за инструментализацию

В итоге было принято вполне предсказуемое решение. Во-первых, границу не открывать. В этом вопросе, напомним, был определенный разброд и шатание. Так, мэр Мюнхена Верена Дитль выразила готовность принять «умирающих от голода и болезней» людей с польско-белорусской границы. После этого она получила крайне жесткую отповедь из Прибалтики. «Конечно, каждый имеет право приглашать или не приглашать новых мигрантов, но тогда отправляйте свои самолеты прямо в Минск и перевозите эти потоки прямо оттуда, а еще лучше – прямо из Ирака или Африки, а не тащите их через Польшу, Литву или Латвию», – заявил глава Комитета национальной безопасности и обороны Литвы Лауринас Касчюнас. Собственно, Лукашенко тут же предложил их вывести из Минска в Мюнхен бортами «Белавиа», однако немецкие власти открестились от такой перспективы. И по итогам саммита глава европейской дипломатии Жозеп Боррель заявил, что ЕС не примет ни одного из этих мигрантов в их нынешнем нелегальном статусе.

Во-вторых, против Белоруссии вводится очередной (уже пятый по счету) пакет санкций. Евросоюз создает новый санкционный механизм, который будет наказывать физических и юридических лиц, участвующих в организации трафика мигрантов с Ближнего Востока на территорию ЕС через Белоруссию, либо «содействующих» белорусским властям в создании этого трафика.

«Сегодняшнее решение отражает решимость Евросоюза противостоять инструментализации миграционного вопроса в политических целях. Мы противостоим этой бесчеловечной и незаконной практике», – заявил Жозеп Боррель. В рамках этого противостояния будут введены санкции против белорусских физических лиц, гостиничной и аэропортовой инфраструктуры, а также против компании «Белавиа», которая, по мнению Запада, как раз и перевозит мигрантов с Ближнего Востока.

Собственно, санкции против нее уже вводятся. Так, «Белавиа» запретили заключать лизинговые соглашения с европейскими компаниями – а значит, по факту лишают более половины авиапарка: 17 из 29 самолетов компании принадлежат ирландцам и находятся у белорусов в аренде. «Контракты, в соответствии с которыми самолеты предоставлены в лизинг «Белавиа», по сути, будут разорваны. Самолеты будет необходимо вернуть, а в противном случае, полагаю, предстоит судебное разбирательство», – говорит министр иностранных дел и обороны Ирландии Саймон Коувени.

Помимо «Белавиа», санкции будут наложены и на другие авиакомпании, которые, по мнению ЕС, участвуют в трафике беженцев. Именно поэтому иранский и турецкий перевозчики решили подуть на воду и уже отказались возить в Минск граждан ближневосточных стран, лишая тем самым Минск доходов с транзита пассажиров. За свою аэропортовую инфраструктуру обеспокоились власти ОАЭ, запретившие «Белавиа» (совершавшую в Эмираты по пять рейсов в неделю) брать на борт граждан Афганистана, Ирака, Йемена и Сирии.

Что же касается России, то ни на «Аэрофлот», ни на отечественные воздушные гавани ограничений не накладывали. Во-первых, потому, что они ни в каких преступлениях не участвовали, а во-вторых, несправедливые санкции могут привести к закрытию российского воздушного пространства для перелетов западных компаний – а значит, и к серьезному повышению издержек на западных рейсах в Восточную Азию.

Три победки

В Минске, впрочем, считают, что 15 ноября они как раз переиграли Евросоюз. Сторонники Лукашенко уверяют, что президент Белоруссии добился решения как минимум трех задач.

Первой задачей было преодоление европейского бойкота и начало прямых переговоров с ЕС, что означало бы признание Лукашенко со стороны Евросоюза в качестве легитимного главы Белоруссии. И да, ему наконец-то позвонили. Причем не кто-то там, а лидер Германии. «Канцлер Ангела Меркель провела сегодня разговор с Александром Лукашенко. Канцлер и господин Лукашенко обсудили сложную ситуацию на границе между Белоруссией и ЕС, в особенности необходимость оказания гуманитарной помощи находящимся там беженцам и мигрантам. Они договорились продолжить диалог по этим темам», – заявил представитель немецкого кабмина Штефан Зайберт. Разговор длился, как сообщается, целых 50 минут.

И все же это не совсем то, что хотел Лукашенко. Бундесканцлерин общалась с ним как с человеком, который решает проблему, а не как с главой белорусского государства (собственно, именно поэтому герр Зайберт и не назвал Лукашенко «президентом»).

Кроме того, Меркель – посредник с весьма специфическим статусом. «Она покидает политическую сцену, кроме того, ее действия не могут каким-либо образом скомпрометировать новую правящую коалицию. В рамках диалога с Лукашенко немецкий политик будет выступать как исполняющая обязанности канцлера или уже даже как частное лицо», – напоминают польские СМИ. Поэтому в лучшем случае речь идет о частичном де-факто признании, который не меняет расклад белорусско-западного конфликта.

Вторая задача – смена повестки. Минску нужно было, чтобы конфликт между Минском и Брюсселем вертелся не вокруг судьбы белорусской оппозиции и событий 2020 года (где Лукашенко особо нечем крыть и где против него продолжат принимать новые пакеты санкций), а вокруг миграционного вопроса, который без сотрудничества с Минском не решить. И действительно, сейчас мигранты стали главным пунктом повестки дня – однако это не означает, что остальные забыты и выброшены в помойку. Европа уже обсуждает принятие нового, шестого пакета санкций, где Лукашенко будут карать за все вместе. «И это только начало», – говорит министр иностранных дел Германии Хайко Маас.

Причем обсуждает не только Европа. «Готовим новые санкции в тесной координации с ЕС, а также другими партнерами и союзниками, чтобы продолжить привлекать Минск к ответственности за атаки на демократию, нарушения прав человека и международных норм», – заявили в Госдепе.

Наконец, третья задача – внести раскол в ЕС. Белорусские эксперты позиционируют звонок Меркель на фоне насупленного молчания поляков как доказательство того, что неконструктивную Польшу в белорусском вопросе отодвинули в сторонку. «Пора решать проблему, которую создали польские и литовские чиновники на границе с Беларусью. Пора прекращать этот цирк, – говорит лидер Либерально-демократической партии Белоруссии, депутат парламента Олег Гайдукевич. – В Европе остались политики, которые умеют прагматично думать об интересах Европы. А не устраивать цирк-шапито под дирижированием вашингтонских друзей». «Рад за фрау Меркель, которая всё же признала, что нужно решать проблему, которую устроила Польша. С Дудой и Качиньским пока Берлин договориться не смог. Следовательно, Берлину пора переходить к жестким мерам в отношении Варшавы. А пока Минску и Берлину нужно решить проблему, созданную Берлином и Варшавой», – вторит депутату белорусский журналист Игорь Тур.

Однако на самом деле никакого раскола нет. Вся Европа – и прежде всего Германия – давно привыкла к тому, что Польша является enfant terrible Европы. Кроме того, в Брюсселе понимают, что упертость Польши имела свои основания – правонационалистическая власть страны просто не могла себе позволить принять мигрантов-мусульман.

Наконец, несмотря на все разногласия и противоречия, Евросоюз поддерживает Польшу в ее конфликте с Белоруссией. «Границы Польши и стран Балтики – это границы Евросоюза. Один за всех и все за одного», – заявил президент Европейского совета Шарль Мишель. И заявил он об этом не от большой любви к Польше. И даже не только потому, что эти несколько тысяч человек хлынут через Польшу в Германию.

Публичный отказ Брюсселя и Берлина поддержать Варшаву стал бы еще одним серьезным ударом по целостности и субъектности Евросоюза. «Важно показать не только Белоруссии, но и любому другому, кто придет к такой идее, что так дело не пойдет, что Евросоюз не поддастся шантажу», – говорит Хайко Маас. Кроме того, сдача Польши станет ударом и по репутации евробюрократов, которые может и хотели бы дискредитировать польских упрямцев, но не желают укреплять в других европейских странах сомнения в собственных управленческих навыках.

Не стоит ляпать

Поэтому, если считать по гамбургскому счету, то 15 ноября все-таки осталось за Брюсселем. И теперь Минску нужно как-то парировать санкционные решения. Но парировать таким образом, чтобы не сыграть в пользу своих европейских противников.

В Белоруссии уверяют, что ответят по полной. «Мы будем вынуждены реагировать самым жестким образом, – говорит представитель белорусского МИД Анатолий Глаз. – Мы защищаем свою независимость и будем готовы пойти на любые, даже самые жесткие меры».

На меры эти уже намекнул Лукашенко. «Санкциями пугают. Хорошо, посмотрим. Они думают, что я буду шутить, что я ляпнул языком – и все. Ничего подобного. Мы будем защищаться. Все, дальше нам отступать некуда», – заявил белорусский президент. И под «ляпнул языком» он, видимо, имел в виду сделанные ранее угрозы прекратить в случае введения санкций транзит российского газа через белорусскую территорию. Собственно, белорусские бойцы информационного фронта сейчас ее ретранслируют. «Президент намекнул: если будут дальше попытки давления и санкций, то обогреваться будут байденовским газом, который он в Англии продемонстрировал», – говорит эпатажный минский журналист Григорий Азаренок.

В Москве на такие угрозы смотрят со смесью удивления и настороженности. «Ничего хорошего в этом нет, и я, конечно, с ним поговорю на эту тему, если он не в сердцах это просто сказал... Теоретически, конечно, Лукашенко, как президент транзитной страны, может, наверное, дать указание по перекрытию наших поставок в Европу. Хотя это будет нарушением нашего транзитного контракта, и я надеюсь, что до этого не дойдет, – заявил Владимир Путин. – Это нанесло бы большой ущерб энергетике Европы, энергетическому сектору Европы и не способствовало бы развитию наших отношений с Белоруссией как с транзитной страной». Иначе говоря, наверняка у Москвы есть все основания быть уверенной в том, что Минск не сыграет в пользу западных (кричащих о ненадежности российских газовых поставок) и киевских (уверяющих о безальтернативности разваливающейся украинской газотранспортной системы) пропагандистов.

Может быть, Лукашенко, как об этом говорят некоторые эксперты, хотел сыграть в Эрдогана? Иначе говоря, шантажировать западные страны через максимальное поднятие ставок, сделав тем самым рискованным любое давление на него? Однако турецкий президент обладает куда большей свободой маневра в связи с гораздо большим количеством у Турции политических, экономических и военных инструментов. У Белоруссии таких инструментов нет – в том числе нет и трубы. «Все газопроводы на территории Белоруссии являются собственностью Газпрома, управляются они российской компанией. Даже если премьер-министр Белоруссии напишет бумагу с требованием остановить транзит через Белоруссию, возникает вопрос: на каком основании это будет сделано», – вопрошает директор Фонда национальной энергетической безопасности (ФНЭБ) Константин Симонов. Россия добровольно закрывать транзит, конечно же, не будет, а значит у Александра Григорьевича есть лишь один вариант исполнить ультиматум – национализация трубы. Что, конечно же, будет выглядеть как прямой вызов Москве.

John Dou