Сроки по НДТМ необходимо дифференцировать по отраслям

Экологический Комитет ВР должен внести третий пакет правок в законопроект № 4167 о промышленном загрязнении. Документ дважды подавался на первое чтение без существенных изменений и был отклонен депутатами. Авторам з/п необходимо прислушаться к бизнесу и отраслевым экспертам, чтобы приблизить его к нынешним реалиям. Цели по снижению выбросов СО2 и декарбонизации никто не отвергает. Но ставить перед бизнесом заведомо невыполнимые задачи тоже не вариант. Несмотря на всестороннюю критику, сроки внедрения наилучших доступных технологий и методов управления (НДТМ), указанные в з/п № 4167, остаются неизменными – 4 года. Европейским компаниям для этого понадобилось 15-20 лет. Разница в том, что власти ЕС оказывали своей промышленности финансовую помощь и предоставляли различные преференции. Украинская же власть всячески пытается избежать участия в финансировании экомодернизации экономики. Такой "эксперимент" может дорого обойтись промышленникам. Необходимых на экопреобразования 10 млрд долл у них нет. Без государственной помощи уже через несколько лет наши экспортеры начнут стремительно терять конкурентные позиции на мировых рынках. Первое испытание ждет их в 2023 году, когда Евросоюз запустит новую углеродную пошлину СВАМ, потери от которой для украинских производителей могут составить около 3 млрд долл. в год. Необходимо пересмотреть также и сборник наилучших технологий. З/п предусматривает, что использоваться должны только европейские технологии и оборудование. Но в Украине есть проектные институты и предприятия, которые способны производить оборудование, ничуть не хуже европейского и отвечающее всем нормативам. Однако украинских производителей просто оставляют за бортом, не позволяя участвовать в программе модернизации. Итоговая редакция законопроекта о промзагрязнении должна соответствовать европейским директивам и основываться на европейском опыте. В украинских реалиях промышленности при условии активной помощи государства необходимо минимум 15 лет, чтобы внедрить экотехнологии. При этом важно использовать дифференцированный подход по отраслям и предприятиям, как это делается в Европейском Союзе. Небольшое предприятие может установить несколько фильтров и тем самым выполнить обязательства по декарбонизации. Для металлургических комбинатов декарбонизация – это сотни миллионов долларов инвестиций и годы на внедрение наилучших технологий. Например, одна коксовая батарея обойдется в 600 млн долл. Предприятию нужно найти эти средства, купить ее, демонтировать имеющиеся мощности и установить новые. Это сложный технологический процесс, о котором не знают авторы з/п. ЕС не требует, чтобы украинский закон о промышленном загрязнении был жестче чем европейский. Поэтому не нужно выдумывать вредную для промышленности и абсолютно нерабочую конструкцию. Надеюсь, что итоговая редакция законопроекта № 4167 учтет все пожелания бизнеса и экспертов. Только тогда документ может стать реальным инструментом декарбонизации.