«Паломница-4»: в чью честь бывают салюты в монастырях

06 апреля 04:55NK

Ещё месяц назад, на презентации своего киноцикла Оксана Марченко призналась, что иде-4я паломничества по монастырям – не её собственная. На это было ей наставление ангела. Я подозревал, что она имеет в виду, какого-то ангельски чистого человека. Два имени позже я ей назвал, но не угадал. Теперь подозреваю ещё одного очень хорошего человечка. При встрече попытаюсь ещё раз.

Наверное, поэтому и назвала Оксана себя в 4-й серии «Паломницы» маловерной, что сама не готова была ещё поверить в чудеса, с которыми столкнулась по сюжету.

Центральная линия этой части – Введенский монастырь Киева. Но начинается она с истории села Белогородка, что в 15 километрах от столицы. Отсюда каждый год 13 июля начинает движение Крестный ход с чудотворной иконой «Призри на смирение» Введенского монастыря.

Идёт молитвенная процессия 50 километров на Запад до скита Введенского монастыря в селе Томашовка Фастовского района. Так и Оксана, сменив шпильки на кроссовки, пошла по древнерусскому тракту, прорубленному именно через Белогородку (тогда – Белгород-Киевский) до Владимира Волынского, Галича и далее вплоть до Регенсбурга (резиденции германского епископа единой ещё церкви). Последнее обстоятельство открыл нам один из самых известнейших белгородчан, заслуженный журналист Украины, глава пресс-службы УПЦ Василий Семёнович Анисимов. Лишь в 1854 году, при возродителе Киева государе Николае I главным западным направлением стало Брест-Литовское шоссе (ныне – Житомирская трасса) в 5 км севернее Белогородки.

В 991 году князь киевский Владимир заложил здесь замок как базу своей дружины и, разумеется – место проведения своих знаменитых пиров. Крепость стала одним из главных форпостов в оборонной линии Руси. Владимир Святославич собрал в Белгород «от иных городов, и много людей свёл в него, потому что любил град сей».

Уже в следующем году на Белгород был поставлен епископ, что говорит о значении нового города. Здесь проводились учения и богатырские турниры. Отсюда берёт начало история демократизма на Руси – в 997 году прошло первое вече, упомянутое в исторических документах.

Благодаря археологическим исследованиям под руководством такого корифея как академик Б.А. Рыбаков и др., стал ясен масштаб этого экономического и культурного центра Южной Руси. Имея уже к концу X в. общую укреплённую площадь 95 га, Белгород-Киевский превосходил по этому параметру Киев, Чернигов и Переславль.

Обнаруженные в Белгороде-Киевском жилища XI—XII вв. отличались от обычных домов того времени более крупными размерами, состояли не из одного, а из двух помещений, стены их нередко были облицованы разноцветными глазурованными плитками. О величии и красоте древнего Белгорода дают представление остатки двух каменных храмов. Пол церкви Двенадцати апостолов был покрыт разноцветными глазурованными плитками. До сих пор сохранились остатки стенной фресковой росписи золотом.

В 1159 и 1161 годах город осаждался захватившим Киевский престол черниговцем Изяславом Давидовичем и союзными с ним половцами, в 1171 году — Андреем Боголюбским. Интересно, что все три раза успешной обороной руководили представители смоленской ветви Рюриковичей.

В 1320 году, вследствие победы на Ирпене литовского князя Гедемина над контролировавшими Киев татарами (битва произошла под стенами Белгорода) литовцы взяли и Белгород и Киев. Так первый постепенно потерял стратегическое значение и стал просто Белгородкой.

Сменившие литовцев поляки описывали её лежащей среди лесов, простиравшихся от Днепра и реки Припяти, которые называли Киевским полесьем. Но сама Белгородка состояла в монастырском и митрополичьем владении.

Увы, сегодня мало кто помнит о славной истории городка, избранного начальным пунктом одного из самых масштабных крестных ходов. Увы, не выступает просветителем и печатный орган Белгородского благочиния (главред – благочинный прот. Ростислав Корчак). В качестве примера благочестия приводятся здесь поучения не православных святых, почтивших своим пребыванием эти исторические места, а ставленника польских захватчиков, коллаборациониста Андрэя Шептицкого. Распространяется привычная ложь о т.н. «Эмском указе» и «Валуевском циркуляре». Сообщается, что «украинская семья была единственной средой, которая способствовала сохранению национальных традиций»… А как же Церковь Святая с её моральными ценностями? Или эти ценности не были присущи национальностям, населявшим территорию современной Украины? Не удивительно после этого, что «Благовестник» Белгородского благочиния рекламирует языческие традиции празднования Рождества Христового и других праздников.

Благо дело, крестоходцам не до этой газетёнки. Им есть о чём молиться возглавляющему шествие святому образу.

Икона «Призри на смирение» («Взгляни милосердно на смирение [молящегося пред образом твоим])» была чудесным образом обнаружена на озере Каменном под Псковом в 1420 году. Из правого глаза Божией матери истекала кровь. Этот знак псковитяне восприняли в утешение в те годы, когда они терпели бедствия от очередного морового поветрия (эпидемии) и вторжений литовского князя Витовта.

До XIX века, икона не дожила. Скорее всего, её уничтожил один из многочисленных пожаров, которым подвергался Псков. Списков с чудотворного образа известно немного. Один из них и находится в киевском Введенском мужском монастыре. В 1992 году образ был передан в дар схимонахиней Феодорой (упокоилась в 1994 г.), которая хранила его у себя в течение 55 богоборческих лет.

С тех пор с иконой постоянно происходят чудеса. Вернее, с прихожанами, с особым почтением молящимися перед чудотворным образом. О них рассказывает игумен монастыря Архиепископ Дамиан (Давыдов). Самое объяснимое «чудо» – некто каждый раз присылает иконе 200 роз. Но это, конечно, явное последствие чуда, случившегося с человеком или его близкими.

О своём преображении рассказывает прихожанин монастыря, известный украинский актёр. От того, какой он грех поведал, Оксане ничего не остаётся, как только хвататься за голову.

При этом она по-христиански совсем не осуждает раскаявшегося грешника. Только спрашивает, есть ли в этом мире лекарство от душевных ран, которые человек нанёс сам себе и ближним? «Церковь – это сосуд с лекарством», – отвечает собеседник.

Здесь, в Введенском раба Божия Ксения неожиданно для самой себя предлагает иеродьякону Аристарху (Караговнику) помощь в протирке икон. Происходит это сразу де после того, как о. Аристарх поясняет, почему в храме не приветствуется губная помада: не только потому, что это искажение образа Божия, индивидуальности, которой наградил нас Сам Творец, но и потому, что жирные следы трудно оттирать: «Попробуйте дома обцеловать зеркала, а потом отчистить их».

Уже при этих словах Оксана Марченко срочно принимается вытирать с губ блеск.

А затем уже собственными рученьками ощущает, насколько трудно вытирать иконы, зацелованные помадой.

Отец Аристарх тем временем рассказывает, что означают золотые крестики и дорогие украшения, висящие на чудотворных иконах. Это благодарность исцелённых и спасшихся. Об одном таком, спасённом лично Богоматерью в лихих 90-х «на подвале» у бандюков, рассказывает иеродиакон Аристарх.

Время от времени кадры возвращают нас к 50-километровому крестному ходу во главе с архиепископом Дамианом. Для него не только Церковь – целительный сосуд, но и крестный ход, на каждого участника которого «одной бутылочки выливаются разные лекарства». Владыка поясняет, почему крестный ход сопровождают настоящие ангелы. И чем, изливаемые в церкви лекарств отличаются, скажем, от кодирования в медучреждениях, перепрограммирования в сектах, завораживания экстрасенсами. Наконец, автор получает ответ, зачем вообще нужен крестный ход. И почему по его завершении мы видим салют… в монастыре! Оказывается, бывают салюты в монастыре! В честь подвига длительного перехода, который совершили крестоходцы ради собственной души.

«Быть может, и вы, такие же маловерные, как я, пойдёте в крестный ход, – заключает автор фильма. – И в пути увидите души умерших. Или ангелов. И Божию Матерь, раздающую лекарства всем тем, кто просит её об этом. Кто делает шаги к ней навстречу. Пусть эти 50 километров станут началом Большого-большого пути – дорогой покаяния, которая приведёт нас к Богу».

Что же, собственный смиренный пример – разве не это главное в призыве духовного возрастания, к которому призывает Оксана Марченко себя и нас, погрязших в третьестепенных, а то и духовно опасных житейских «мудростях» и заботах о бренном.

Дмитрий СКВОРЦОВ