NI: сближение Пекина и Москвы стараниями Байдена — это рецепт для катастрофы

03 мая 16:29NK

Резкая риторика Джо Байдена и введение односторонних санкций со стороны США способствуют сближению Москвы и Пекина, пишет The National Interest. Как отмечает журнал, хотя Россия и Китай могут и не заключать формального военного союза, в случае конфликта США с одной из этих держав другая не замедлит воспользоваться отвлечённостью Вашингтона, что может привести к катастрофе.

В то время как администрация президента США Джо Байдена бьёт в набат, предупреждая об опасностях автократии, Пекин и Москва подают сигналы о том, что они готовы создать единый фронт против Запада, пишет The National Interest.

В преддверии своего 100-го дня на посту президента Джо Байден выступил с обращением к конгрессу. Хотя лишь небольшая часть его речи была посвящена непосредственно внешней политике, всё его выступление исходило из универсалистского понимания места Америки в мире. Байден, в частности, озвучил следующий посыл: никакой чёткой границы между внешней и внутренней политикой больше нет. По Байдену, священный долг Вашингтона состоит в том, чтобы вести войну — и одержать в ней победу — между демократией и автократией; войне против врагов как внутренних, так и внешних.

Далее в своей речи президент США назвал Китай конкурентом, бросив Пекину вызов за его предполагаемые нарушения прав человека: «И я сказал ему (Си Цзиньпину. — ИноТВ) то, что я раньше говорил многим мировым лидерам: Америка не откажется от поддержки прав человека и основополагающих свобод. Ни один ответственный американский президент не будет молчать, когда попираются основные права человека... Мы все созданы равными. И этого не изменить. Мы не можем отказаться от этого принципа».

Что же касается России, то ей Байден уделил несколько меньше внимания, в то время как его тон был несколько более сдержанными. При этом американский лидер охарактеризовал санкции против Москвы как «прямолинейный и соразмерный ответ», заверив, однако, своих слушателей, что США и Россия «также способны на сотрудничество там, где оно обоюдовыгодно». Тем не менее, если верить официальной стенограмме выступления Байдена, его замечания насчёт России должно были закончиться на позитивной ноте — сотрудничестве в области контроля над вооружениями и вопросах климата, но президент решил закончить монолог, посвящённый России, предупреждением в адрес Владимира Путина. «Но он понимает, что мы ответим», — подчеркнул он, выдержав драматическую паузу.

«Будущее не за автократами, — заключил Байден. — Будущее за Америкой. Будущее будет принадлежать Америке». Между тем, в последние несколько месяцев два главных адресата послания Байдена явно не сидели сложа руки. И Китай, и Россия пошли на беспрецедентные односторонние контрмеры против американских санкций. В частности, Кремль сообщил, что собирается проводить политику нулевой терпимости к дальнейшим санкциям. Кроме того, вопреки обыкновению Москвы обещать «пропорциональное» возмездие, Путин заявил о возможности «асимметричного» ответа в том случае, если Запад «пересечёт красную линию». Что же касается Пекина, то он ввёл санкции против ряда западных правительственных чиновников на фоне скандала вокруг притеснений уйгуров. Китай также пригрозил, что даст «решительный ответ», если Вашингтон объявит бойкот зимним Олимпийским играм 2022 года в Пекине.

Подобные односторонние шаги Москвы и Пекина, которые становятся всё более дерзкими, представляют собой явный вызов для администрации Байдена. Однако на горизонте у Вашингтона маячит ещё большая стратегическая угроза: возможное китайско-российское сотрудничество с целью сдержать Запад. В ходе пресс-конференции со своим коллегой Ван И глава МИД России Сергей Лавров предупредил, что ухудшение отношений между Москвой и Брюсселем поспособствует укреплению российско-китайской дружбы.

Пекин же, со своей стороны, дал понять, что готов поддержать Россию в противостоянии западным санкциям. «Мы решительно выступаем против применения односторонних санкций. Китай и Россия поддерживают отношения друг с другом в духе всеобъемлющего партнёрства. Китай и Россия будут поддерживать друг друга в вопросах защиты государственного суверенитета», — заявил по этому поводу официальный представитель МИД Китая Ван Вэньбинь.

Однако в чём же выражается это «стратегическое партнёрство»? В статье китайского госиздания Global Times под названием «Китайско-российские связи углубляются, в то время как в рядах США и их союзников — разброд и шатание» говорится, что «наиболее влиятельные двусторонние отношения в Евразии — это китайско-российское всеобъемлющее стратегическое партнёрство», однако о конкретных примерах сотрудничества Москвы и Пекина в материале умалчивается.

Тем не менее Global Times сделала одно здравое геостратегическое замечание: «По правде говоря, ни одна страна в регионе не может в одиночку противостоять ни Китаю, ни России, не говоря уже битве с двумя державами одновременно». Разумеется, на данный момент ничто не указывает на то, что Москва или Пекин заинтересованы в заключении формального военного альянса, в то время как их хвалёное «стратегическое партнёрство» как правило ограничивается абстрактными заверениями в моральной поддержке.

Однако в этом вопросе присутствует один важный, но часто упускаемый из виду нюанс: Москве и Пекину необязательно официально заключать союз, чтобы Вашингтон оказался в состоянии катастрофического конфликта на два фронта. Эксперты предупреждают, что в случае крупной неядерной войны между США и Китаем или Россией та держава, которая не будет участвовать в конфликте, не будет просто сидеть и смотреть, как разворачиваются события. Например, в случае прямого столкновения США и России на Украине Пекин будет испытывать сильное искушение реализовать свои давние планы по захвату Тайваня, учитывая, что Вашингтон будет в это время занят другими делами.

«Последствия такого расклада очевидны: в то время как администрация Байдена готовится к политике конфронтации с Москвой и Пекином из-за разных ценностей, Вашингтон не может позволить себе упустить из виду геополитические риски, лежащие в основе стратегического треугольника США — Китай — Россия», — подытоживает The National Interest.