Как начиналось освобождение Украины

05 мая 04:52NK

«Как же вы не заметили? Мы же сегодня над моей Украиной дрались. (…) Э, нет. А воздух? Другой. А небо – голубее и земля зеленее». Так говорил Леонид Быков в роли капитана Титаренко из советского киношедевра «В бой идут одни “старики”». Скорее всего, его эскадрилья вступила в бой над Донбассом летом 1943 года. Но освобождение Украины началось раньше.

Огромная территория Украины была захвачена менее чем за полгода — с июня по ноябрь 1941 года. После неудачной попытки с наскока занять Ростов-на-Дону немецкие войска отошли на линию реки Миус, восточнее которой оставалась часть Сталинской и Ворошиловградской (включая областной центр) областей.

В июле 1942 года фронт вновь двинулся на восток. 17 июля пал Ворошиловград и в течение нескольких дней немецкие войска оккупировали всю территорию УССР. Продолжалось это, правда, недолго — немецкое наступление выдохлось 11 ноября на берегах Волги. Причём в 1942 году немцы смогли пройти втрое меньшее расстояние, чем в 1941 — 450 километров против примерно 1300.

23 ноября около Калача-на-Дону со страшным грохотом захлопнулся капкан, заботливо расставленный советским командованием. А в январе 1943 года, по итогам Острогожско-Россошанской и Воронежско-Касторненской наступательных операций советские войска вышли к административным границам Украины.

Донбасс и Харьков

29 января, за три дня до капитуляции Паулюса, началась Ворошиловоградская операция Юго-Западного фронта. Операция получила название «Скачок», причём название соответствовало замыслу — Николай Ватутин ставил целью не просто освобождение Донбасса, но и выход к Днепру в районе Днепропетровска, в результате чего немецкий фронт на Украине был бы разорван.

Замысел был масштабным и для его реализации потребовались значительные усилия, причём фронт сразу же столкнулся со существенными сложностями — немецкие войска не только стойко оборонялись, цепляясь за берег Северского Донца, но и переходили в контратаки.

В результате, уже в ходе первой недели боёв сроки были сорваны, а советские войска упёрлись в мощный укреплённый узел Славянск-Артёмовск-Краматорск.

2 февраля в наступление перешёл Воронежский фронт Филиппа Голикова — его целью был непосредственно Харьков.

Немецкий фронт ощутимо зашатался.

5 февраля войска Юго-Западного фронта освободили Краматорск, 14 — Краснодон и Ворошиловград, а уже 16 февраля Воронежским фронтом был освобождён Харьков, а к 26 войска фронта достигли Гадяча на Полтавщине.

При этом Донецк остался под немецкой оккупацией, а на юге советским войскам не удалось преодолеть линию «Миус-фронта».

Рывок к Днепру

Начиная с 10 февраля перед 6-й армией Юго-Западного фронта, которая ранее достигла наибольших успехов, ставилась новая задача — охватить всю донбасскую группировку немецких войск и выйти к Днепру на участке от Кременчуга до Запорожья. С этой целью армия Фёдора Харитонова была усилена фронтовыми резервами.

Наступление развивалось успешно.

11 февраля 4-й гвардейский танковый корпус Павла Полубоярова освободил Красноармейск (тогда — Красноармейское). При этом танкисты перехватили важнейшие железные дороги, ведущие к Сталино (Донецку). Немецкая группировка там оказалась в полуокружении. К Красноармейску была брошена дивизия СС «Викинг», а сам город подвергся сильнейшей бомбёжке, но его удалось удержать.

Тем временем советские воска двинулись к Павлограду. В городе вспыхнуло восстание, подпольщики разгромили штаб удерживавшего город итальянского полка, а с приближением частей Красной армии итальянцы обратились в бегство. 17 февраля город был освобождён. В тот же день немецкие войска покинули Славянск.

Части 6-й армии устремились к Новомосковску — городу-спутнику Днепропетровска, а передовые части 25-го танкового корпуса Петра Павлова оказался в 20-ти километрах от Запорожья, что вызвало панику у Адольфа Гитлера.

Немецкий контрудар

Куда же, спросите вы, всё это время смотрел командующий группой армий «Юг» Эрих фон Манштейн? Он смотрел на то, как 6-я армия растягивает свои коммуникации и теряет способность прикрыть фланги. Пока советские войска рвались к Днепру, он сосредотачивал резервы, которых наскреблось два танковых корпуса — эсесовский и армейский.

18 февраля немецкие войска начали наступление, выбив советских танкистов из Красноармейска, а на следующий день 2-й танковый корпус СС в составе дивизий СС «Райх», «Лейбштандарт» и «Мёртвая голова» нанёс контрудар из района Краснограда в направлении Новомосковска.

Командование Юго-Западного фронта угрозу видело, но Ватутин считал, что немцы под прикрытием контрударов отходят на правый берег Днепра. Сосредоточение ударных группировок советская разведка прозевала.

21 февраля немцы заняли Павлоград. В окружение попали советский 4-й гвардейский стрелковый корпус в районе Синельниково и 25 танковый корпус. 23 февраля советские войска оставили Красноармейск, потом — Славянск и Лозовую. Войска 1-й гвардейской и 6-й армии заняли оборону по линии Северского Донца.

Севернее ситуация была не лучше — попавший под удар Манштейна Воронежский фронт не смог удержать свои позиции. 14 марта Харьков был окружён и на следующий дань советские войска его оставили.

Именно в ходе этих боёв сформировался южный фас Курской дуги.

Итоги первой попытки освобождения Левобережной Украины

Попытка оказалась неудачной.

Во-первых, советское командование переоценило свои силы. Несколько подряд наступательных операций вымотали войска и растянули коммуникации. В результате советские танковые корпуса между Красноармейском и Новомосковском остались без топлива.

Во-вторых, недооценены были возможности немецких войск — успешный, в целом, отвод группы армий «А» с Кавказа позволил немцам создать достаточную плотность войск на Украине и даже обзавестись подвижными резервами.

В-третьих, как это, увы, часто бывало, разведка доложила неточно.

В-четвёртых, один из самых талантливых советских полководцев, Николай Ватутин, показал себя человеком увлекающимся и склонным к не всегда оправданному риску.

Кстати, два последних обстоятельства сыграли свою роль в ходе Курской битвы — именно войска Ватутина пропустили удар 2-го танкового корпуса СС Пауля Хауссера к Прохоровке.

Впрочем, далеко не всё заметили и немцы. Красная армия 1943 года оказалась совсем не тем же, что Красная армия 1941 года. Попавшие в окружение советские части управляемости не теряли и до последней возможности пробивались к главным силам (чаще всего успешно — у немцев не было превосходства). Немецкие командиры может это и заметили, но фюреру не донесли. Если бы он отдавал себе отчёт в этих революционных изменениях, то три раза подумал бы — есть ли смысл пытаться окружать миллионную советскую группировку около Курска?

Впрочем, её даже окружить не удалось. А после поражения в Курской битве немецким войскам пришлось отступать и с Украины.

Василий Стоякин